• Главная
  • Что делать: почему Казахстан на третьем месте в мире по количеству суицидов среди молодежи
10 сентября, 2020 18:51

Что делать: почему Казахстан на третьем месте в мире по количеству суицидов среди молодежи

По данным Комитета по правовой статистике и специальным учетам Генпрокуратуры РК, в 2019 году решение уйти из жизни приняли 887 казахстанцев в возрасте от 15 до 29 лет. В 2020-м количество смертей среди молодых людей резко возросло, о чем депутаты Парламента поставили в известность Правительство, передает корреспондент Strategy2050.kz. По данным ВОЗ, Казахстан занимает третье место в мире по количеству самоубийств и лидирующее среди стран Центральной Азии. Об этом шла речь на пресс-конференции, которую организовал общественный фонд «Институт равных прав и равных возможностей Казахстана» ко Всемирному Дню предотвращения самоубийств, который отмечается Международной ассоциацией по предотвращению самоубийств совместно с ВОЗ 10 сентября. Эта дата призвана повысить осведомленность общественности о том, что самоубийство можно предотвратить. 

Что делать: почему Казахстан на третьем месте в мире по количеству суицидов среди молодежи | Strategy2050.kz

Я выбираю жизнь!

Общественный фонд «Институт равных прав и равных возможностей Казахстана» более 10 лет работает по данной проблеме. «Я выбираю жизнь!» - новая масштабная информационно-разъяснительная кампания, которую проводит этот общественный фонд по заказу Министерства информации и общественного развития РК при поддержке Центра поддержки гражданских инициатив. Эксперты Фонда представили результаты социологического исследования «Суицидальное поведение казахстанской молодежи: социальные и психологические триггеры». 

Исследование проводилось в рамках проекта «Комплекс мероприятий по профилактике суицидального поведения среди казахстанской молодежи» и запланировано на полгода. 

«Одним из мероприятий проекта было проведение социологического опроса в регионах риска. Это пять регионов страны, в которых зафиксировано, по последним статистическим данным, наибольшее количество суицидов среди молодежи. Это город Алматы, Алматинская, Карагандинская, Костанайская области и Восточный Казахстан. Он проходил в этих регионах с марта по август 2020 года, всего было опрошено 2 тыс. человек по критериям этничности, образования, семейного и религиозного статусов и так далее. Итогом стал этот отчет. В отчете мы делаем анализ основных закономерностей, которые связаны с суицидальным поведением среди молодежи. Исследование показало, что в разных регионах молодежь реагирует на проблему суицида по-разному и по-разному ее оценивает. Есть и гендерная специфика суицидального поведения. Исследование показало, что девушки более чувствительны и восприимчивы к этой теме, а юноши – нет. Но это связано, скорее всего, с гендерные особенностями воспитания девочек, как заботливых, внимательных и чувствительных, а мальчиков, как жестких, доминантных, агрессивных, настойчивых, нацеленных на результат. Этот вывод подтверждает еще и официальную статистику Комитета по правовой статистике Генеральной прокуратуры. Мы видим, что девушки чаще совершают суицидальные попытки, но доводят суицид до конца чаще юноши, при этом они не предпринимают предсуицидальных попыток так часто, как девочки», - рассказала социолог Татьяна Резвушкина. 


Гендерные нормы

Этот давно известный факт говорит о гендерных нормах. Общество воспитывает девочек и мальчиков по-разному, и мальчики, как правило, не умеют говорить о своих проблемах: все проблемы копятся у них внутри. А девочка может выражать свои эмоции - она имеет право на это с позиции социальных норм. 

«Женщина имеет право закатить истерику, выплеснуть агрессию и гнев, и это облегчит ее психоэмоциональное состояние. А у мальчиков с позиции нашей культуры такого права нет. Мы считаем, что если мужчина плачет, то он не совсем мужчина. И это очень сильно усложняет жизнь нашим мальчикам и мужчинам. Потому что психоэмоциональное состояние – это один из триггеров суицидального поведения. В нашем исследовании юноши часто жаловались на то, что они испытывают в семьях давление, контроль, что атмосфера в семьях достаточно сложная. На это тоже стоит обратить внимание, потому что мы привыкли контролировать детей и диктовать им. А для сегодняшней молодежи это уже неприемлемо», - считает эксперт. 


В Казахстане нужно развивать психологическую службу

Однозначно, что в Казахстане нужно развивать психологическую службу. В западных странах, например, в случае попыток суицидального поведения не только молодому человеку, но и всей его семье назначаются консультации семейных психологов. Назначается обязательное количество психологических сессий, которые они должны посетить, чтобы решить проблему, ставшую причиной суицидального поведения. В Казахстане таких программ нет. Нет и Национального плана действий, а также нет государственных программ, связанных с профилактикой суицидов. 

«Если школьный психолог диагностирует депрессивное состояние у подростка, он должен направить его к терапевту поликлиники, тот - к психологу, и они вместе со всей семьей должны консультироваться у психолога и выяснить, что стало причиной сложного депрессивного состояния. Если бы такая схема у нас была, то возможно, это изменило бы само отношение к психологам. Сегодня только городской средний класс, который смотрит западные фильмы и читает книги, понимает, что психология – это очень хорошее подспорье для объяснения того, кто ты, зачем ты и куда ты. И горожане хоть изредка, но обращаются. Но крупных психологических служб у нас нет, а психологи при поликлиниках работают чисто номинально», - отметила она.

Кто такие гейткиперы и зачем они нужны

В психологии существует много теоретических направлений и разных методик. Для профилактики суицидального поведения нужна специализация. Одним из наиболее работающих методов является когнитивно-поведенческая психология. 

«Это те люди, которые могут считывать внешние признаки депрессивного состояния.Также нужно обучать гейткиперов. Их еще называют «вахтеры». Это могут быть одноклассники, друзья, родители, учителя, школьный психолог. Есть такие поведенческие реакции, которые демонстрируют такое предсуицидальное состояние, когда ребенок становится, например, не в меру агрессивным, хотя на самом деле пытается привлечь внимание к своей проблеме. Есть такие маркеры поведения, когда, наоборот, ребенок уходит в тень, его становится не видно и не слышно. То есть был активным, стандартным, типичным ребенком, и вдруг исчез из поля внимания, и это тоже является для «вахтеров» условным сигналом. Есть специальные методики обучения, которыми, например, занимается алматинский психолог Наталья Богатырева. Она обучает методам распознавания предсуицидального поведения. И если люди будут информированы, что есть опасные признаки, то они могут подключиться и обратиться за помощью к экспертам», - пояснила спикер. 

Согласно теории, выделяется 4 фактора, соблюдение которых значительно повышает шансы на то, что гейткипер может предотвратить самоубийство. Это раннее обнаружение суицидальных знаков, раннее распознавание суицидальных мыслей и чувств, раннее вмешательство, или направление к специалистам, а также ранняя поддержка и помощь суицидентам.

«Если на раннем этапе обратить внимание на знаки, которые посылает молодой человек перед тем, как совершить суицид, то возможно спасти его элементарной беседой - активное слушание с проявлением эмпатии. Тем самым можно предотвратить вызов медицинской помощи и психиатрической госпитализации», - дополнила психолог Алексина Ли.


О чем говорит статистика

Если сравнивать количество самоубийств в регионах - это разные цифры, потому что необходимо соотносить эту статистику с количеством населения в каждом регионе. 

«Но даже один случай суицида – это уже проблема. Здесь дело не в цифрах, а в том, почему именно тот или иной регион является лидером по количеству суицидов, что там такого особенного происходит, какие условия там для жизни? В нашем исследовании мы делали акцент именно на социально-психологических триггерах. Нас интересовали именно общественные условия. И вот эти пять регионов – антилидеров по количеству самоубийств, как показали наши исследования, демонстрируют проблемы, связанные с экономикой, экологией, качеством жизни и доступом к социальным услугам», - добавила эксперт.

Французский социолог Эмиль Дюркгейм в 19-м веке в своем социологический этюде «Самоубийство» писал, что, вообще, суициды всегда были, есть и будут, и есть так называемая норма суицидального поведения – определенное количество человек на 100 тыс. человек, которые заканчивают жизнь самоубийством. В своем исследовании конца 19-го века Дюркгейм привел цифру в 75 человек на 100 тыс. населения в западной Европе. Причины для этого могли быть разные: несчастная любовь, разорение в бизнесе. 

«Но когда эта цифра начинает расти, то это говорит о том, что в обществе происходят какие-то проблемы. Чаще всего, это экономические кризисы. Нам кажется, что человек сам принимает решение, но, на самом деле, чаще всего причина - социальные условия. В принципе, суициды являются нормой. Но все дело в их количестве среди разных групп населения. Например, у нас вообще не изучена проблема суицидального поведения среди пожилых людей - вообще нет никаких данных. Хотя эта группа населения наиболее склонна к депрессивному состоянию, относится к экономически неблагополучной группе населения, и в этой возрастной группе риски очень серьезные. Никто не занимается проблемой суицида среди только что родивших женщин, которые страдают постродовой депрессией - тоже нет никаких данных. Когда человек не видит выхода из ситуации, общество отворачивается от него и не дает ему никаких рецептов, то очень часто единственным сценарием для него остается суицид», - дополнила Татьяна Резвушкина.


Что делать 

Во-первых, сейчас нужно консолидировать опыт фонда «Институт равных прав и равных возможностей Казахстана», - считает Татьяна Резвушкина. 

Во вторых, нужно выходить с инициативным предложением по созданию единой национальной программы профилактики суицидального поведения среди молодежи. 

«Нужно подключать профильные министерства. Нужно обязательно обсуждать эту тему с общественностью, несмотря на то, что мы относимся к этой теме болезненно, но тем не менее, она требует обсуждения. В-третьих, нужно, конечно же, разрабатывать алгоритм действия в случае предсуицидального поведения», - резюмировала социолог. 
Фото: UNICEF/2014/Giacomo Pirozzi
Все новости